что же, товарищ мой грустный пеньковский печальный,
октябрь настал найдётся ли покупатель
на залежалые твои недомолвки? наточила уже метлу
и толчётся в ступе бдительная летучая тётя маша.
что же пеньковский, товарищ хранитель осенний,
ангел хранитель печальных, тактических и крылатых,
что ты стоишь за окном во мраке, хрустишь печеньем,
нерешительный бледный гамлет плывущий вслед потомаку?
знать убийство ночное замыслили эти суки,
розенкранц и гувер, бжезинский и гильденстерн.
вся в укусах блошиных танков, посапывает гертруда.
только печенье хрустит в тишине, шепчется листопад.
что же пеньковский мой, незадачливый продавец,
гамлет задумчивый, подносящий к губам респиратор?
тётя маша летучая разлила уже иприт-люизит.
значит конец сезона но это только начало.
это только начало большой охоты.
Станислав Львовский.